Валерий Шанталосов: «Какой смысл кричать на футболиста, если ты его не научил?»

0
145

У тренера вратарей махачкалинского «Динамо» Валерия Шанталосова – крутая биография. В 90-е был одним из самых известных вратарей на постсоветском пространстве, хоть и выступал за скромный нижегородский «Локомотив». Играл в английском чемпионате, вызывался в две сборные. Поговорили с ним о прошлом и будущем.

– Вы ведь в 1995 году тренировались в лондонском «Арсенале»? Как там оказались?

– Мы со сборной Белоруссии сыграли в отборочном матче с норвежцами. У тех же игра британская, а мне матч удался – на выходах хорошо сыграл, в частности. И по итогам игры в федерацию футбола Белоруссии на мое имя пришло приглашение на просмотр в «Сток Сити», выступавший в Чемпионшипе – втором по силе английском дивизионе. Российский чемпионат в ноябре закончился, а на просмотр надо было ехать в январе. Полтора месяца, по сути, без команды. Сам себя готовил. Не с кем был тренироваться. Прилетел 5 января в Лондон, а там четыре выходных в это время. Американский агент, который организовывал эти смотрины, договорился, чтобы мне дали возможность потренироваться с «Арсеналом», набрать форму.

Фото: torpedo.ru.

У меня, конечно, был приятный шок, когда оказался на тренировке клуба. Это было незабываемо. Еще бы – работали в одной группе с Дэвидом Сименом, основным вратарем «Арсенала» и сборной Англии.

Потом я поехал в «Сток Сити». Просмотрели меня в нескольких матчах и оформили аренду на полсезона у нижегородского «Локомотива».

После окончания аренды меня хотели оставить в «Сток Сити», но клубы не смогли договориться: «Локомотив» запросил слишком большую сумму. Я был готов пойти на меньшие условия по контракту, лишь бы переход состоялся. Но это не помогло.

Возвращаться в российский чемпионат было обидно. Я прижился в Англии, там все живут футболом: от малышей до стариков.

– Легендарный наставник нижегородского «Локомотива» Валерий Овчинников вас Шансом называл. Из-за фамилии, очевидно? Или подоплека есть?

– Скорее прозвище от ребят из команды пошло. Допустим, в «Динамо» у нас сейчас есть Хас – Хазбулат Хамхоев. Меня, отталкиваясь от фамилии, коротко Шансом называли. Прижилось. В игре же не всегда есть время полностью имя кричать или фамилию, тем более «Шанталосов». А так, коротко, быстро и конкретно – Шанс. Тренеры подхватили.

Если по карьере смотреть, то клубы, в которых я находился в тот момент, выступали хорошо. С нижегородским «Локомотивом» мы на протяжении девяти лет боролись за места в первой восьмерке. В «Балтику» я перешел – мы выдали 17 матчей без поражений и финишировали на шестом или седьмом месте в высшей лиге, – очень хороший результат для клуба-дебютанта. В Белоруссию вернулся, там в первый же сезон стал с командой чемпионом страны. В Казахстане команда три года подряд в медалистах заканчивала сезон.

Дело, конечно, не столько во мне. Стечение обстоятельств. А то прозвучит так, будто вот он, Шанталосов, золотой, приехал (смеется).

– Где сейчас ваш дом? Вы не осели в Нижнем Новгороде, где играли большую часть карьеры?

– Из Нижнего до сих пор болельщики звонят. Ежегодно приглашают и на традиционный матч ветеранов, правда, ни разу не удалось выбраться – обычно это в сентябре-октябре, когда уже сезон идет и ты занят.

Звонят и из Калининграда – удалось там так отработать, что люди помнят до сих пор.

А что касается дома, то, как поется, мой адрес не дом и не улица, мой адрес – Советский Союз. Родители – в Белоруссии. Есть жилье в Москве. Живу там, где работаю. Все, что связано с футбольной работой, мне дала Россия.

– Кто был вашим кумиром?

– Ринат Дасаев. Действительно кумиром был – я старался быть похожим на него. Нравилось, как играет на выходах, как руководит командой. На то время у него был самый лучший ввод мяча – быстрый, в атаку.

– Есть мнение, впрочем, непопулярное, что Дасаев – вратарь переоцененный.

– Наверное, это мнение основывается на том, что он уехал за рубеж и не раскрылся там. На тот момент отъезд из Советского Союза за границу вообще был редкостью. Может, в ситуации с Дасаевым сказались трудности адаптации. Мы же не знаем всех обстоятельств – почему он играл, а потом перестал попадать в состав. Я считаю, несмотря на это, он был вратарем мирового уровня. И тут, скорее, можно сказать, что он был недооценен в той же «Севилье».

– Говоря о лучшем вратаре современности, ваш подопечный в «Динамо» Хазбулат Хамхоев назвал таковым голкипера «Барселоны» Тер Штегена? А ваше мнение?

– Я люблю чемпионат Англии. И на сегодня для меня лучший вратарь – Давид де Хеа, который играет в моем любимом «Манчестер Юнайтед». Мне именно его стиль игры нравится. Да, у него был спад. Но на таком высочайшем уровне играть все время хорошо невозможно. Я много лет выступал в высшей лиге России. Один-два сезона проведешь хорошо, потом идет спад. Отчего – непонятно. Вроде одинаково готовишься.

А так, в английских топ-клубах сплошь великие вратари. Рекомендую наблюдать за ними всем, кто во вратарском деле. Смотреть, запоминать и делать так же.  

– В советское время в командах ведь не было тренеров вратарей, но при этом имелись основания говорить о советской вратарской школе как одной из ведущих в мире. Сейчас тренеры вратарей есть даже в командах второго дивизиона, однако российской вратарской школы как явления как будто не существует. Отчего так?

– Действительно, когда я начинал, у меня не было тренера. Первый появился в 29 лет – Юрий Перескоков в нижегородском «Локомотиве». В союзное время мы, вратари, всё выполняли как полевые игроки – бегали те же кроссы. Когда я еще был в Минске в спортивном интернате, периодически туда приглашался завершивший карьеру вратарь, который с нами, молодыми, на протяжении пары недель занимался, давал какие-то специальные упражнения, объяснял нюансы вратарского искусства.

Когда я переходил во взрослый футбол, в командах не было тренеров вратарей. С нами мог помощник тренера заниматься, но, как правило, дело ограничивалось разминкой. Какие-то особенности вратарской игры мы изучали, перенимали по телевизору.

Но вот парадокс, вы правильно сказали, в то, советское, время появлялись вратари высочайшего уровня, а сейчас – я не скажу, что школы вообще нет (появляются такие, как Акинфеев, Сафонов), но… После плеяды Черчесова, Овчинникова, Нигматуллина, начинавших еще в советском чемпионате, блистал за все эти годы, по сути, один Акинфеев. В основном же клубы предпочитали зарубежных вратарей. Это говорит о том, что наша школа «просела», не приносила пользу, не выдерживала конкуренцию. В чем причина? Наверное, были какие-то упущения на уровне детско-юношеского футбола. Уже примерно с 11 лет вратари должны получать специальные упражнения, обучаться технике, тактике, правильному видению игры и выбору позиции.

Плюс надо смотреть, кто сегодня работает тренерами вратарей. У человека игровая карьера не удалась, он получает тренерскую лицензию, – и чему он может научить? Хотя есть среди таких тренеров те, кто садится за учебники, развивается и понимает все нюансы. Но в идеале у тренера вратарей должен быть и собственный игровой опыт, и хорошая теоретическая подготовка, чтобы он мог обучать.

Когда я заканчивал карьеру игрока в 40 лет, понимал, что тренерская работа – это совсем другая профессия. Получая лицензию, ожидал, что меня научат каким-то деталям, но получил мало информации. Может, потому, что тогда все только начиналось и еще не была отлажена система подготовки специалистов. Приходилось опираться в работе на свой опыт игрока, кроме того, много общался, в частности, с тренерами по физподготоке. Потому что для меня особняком стоял вопрос, как правильно готовить вратаря в период предсезонки, на сборах. Я понимал, что эта советскосоюзная беготня в современных реалиях вратарям не подходит. У них же меньше перемещений по полю, другая работа ног, чем у полевых игроков. И мне за свои 15 с лишним лет тренерской карьеры удалось подготовить нескольких молодых голкиперов – я видел, как они смогли перенести в игру то, что мы отрабатывали на тренировках, как у них пошел рост именно вратарского мастерства.

Первым таким воспитанником был Александр Будаков. Я взял его в «Сибирь» в 2008 году. Он пришел к нам из новороссийского «Черноморца», из второй лиги. У новосибирского клуба в том году стояла задача выхода в премьер-лигу. Мало кто в Будакова верил, спрашивали: «Зачем ты его берешь?» Но он проявил себя на сборах, в матчах с командами уровнем выше. Его потом пару сезонов спустя из «Сибири» Леонид Слуцкий забрал в «Крылья Советов», выступавшие в премьер-лиге.

Денис Вамбольт, который сейчас выступает за ярославский «Шинник» в первой лиге, когда я приехал в калининградскую «Балтику», был третьим вратарем. Но так получилось, что основной получил травму, и Денис оказался в воротах, и с тех пор своей игрой уже никого не подпустил. Он правильно принимал информацию, которую получал на тренировках, и за шесть месяцев превратился в номера один в клубе, был вызван в молодежную сборную России основным вратарем, а потом и вовсе получил контракт от пермского «Амкара» из премьер-лиги.

То есть, если вратарь правильно принимает методику, которую я ему предлагаю, рост у него происходит.

– А бывает так, что не принимает?

– Ну, по-разному. Упражнения вроде одни и те же даешь, а результат разный… Как говорил Константин Бесков: «Объяснил раз футболисту. Повторил. Если и после третьего раза не понимает – нет смысла с ним дальше работать». Как в школе: одни на «пятерки» учатся, другие на «тройки», а программа одна и та же.

– В одном из интервью вы сказали, что мечтаете работать тренером вратарей в сборной России. Эта мечта еще актуальна?

– Конечно. Любой тренер должен ставить максимальные задачи. Я, когда начинал в футболе, в 16 лет, – у меня была тетрадка, в которой я формулировал цели: например, с 16 до 19 лет играть во второй лиге, с 19 до 21 – в первой, с 22 – в высшей. А к 25 годам сыграть за сборную – на тот момент Советского Союза. Нас тренеры так учили – ставьте цели и достигайте их. И у меня, кстати, этот план сбылся. В 25 лет я дебютировал за сборную, причем едва не получилось так, что за две. Вызвали в сборную России на матч с Мексикой. Тогда в воротах стоял Черчесов, счет был скользкий, а игру надо было выигрывать. Если бы вели в два мяча, может, и меня выпустили бы. А так, я оказался не заигран, и после этого меня пригласили в сборную Белоруссии на ее первый официальный матч – с Украиной. Закончили 1:1, я отыграл весь матч.

А чтобы стать тренером вратарей в сборной России, должны сложиться определенные обстоятельства. Например, пришел в сборную Черчесов, тренером вратарей стал Стауче, пришел Карпин – привел Кафанова. И, конечно, чтобы попасть в сборную, нужно быть тренером вратарей в клубе РПЛ, а не в первой лиге.

– У вратарей стрессовая работа. Их ошибки как на ладони. Если форвард не забил, это не всегда запоминается, а о вратарском ляпе могут напоминать годами. Это накладывает отпечаток на характер вратарей? Есть же стереотип, что голкиперы – люди своеобразные.

– Скорее всего, да, эта ответственность влияет на вратарей. Они подвергаются серьезному психологическому воздействию. Но вообще, это еще из наших детских школ идет – там немного неправильно ставят вопрос: за ошибку – ругают. А в Европе на ней акцента не делают: это ошибка, ее просто надо исправлять – через работу, а не упреки. Оттого и психология у тамошних игроков более устойчивая.

Своим ребятам, с которыми работаю, я постоянно повторяю: не бойтесь ошибиться на тренировке. Потому что на тренировке мы можем поработать над ошибкой, проанализировать причины, чтобы она в игре не повторилась. Это снимает закрепощенность, позволяет им расти как вратарям.

И здесь мы возвращаемся к сути обучения: если человек правильно воспринял информацию и качественно поработал над ошибкой, он ее не повторит.

– То есть, исходя из сказанного вами, кричать на вратаря чревато? Всегда деликатный подход нужен?

– Если ты знаешь, что вратарь в конкретной ситуации может сыграть, как нужно, но допускает небрежность, – вместо игры в одно-два касания, к примеру, идет в обводку, – вот в этот момент вполне уместно осадить его: «Что ты делаешь?!» То есть он понимает, как сыграть правильно, но все равно делает неправильно. А если вратарь не обученный и допускает ошибку, не понимая этого, – в такой ситуации точно кричать не стоит.

Вот в связи с этим вспомнил один случай из 1991 года. Наш нижегородский «Локомотив» играл с московским «Асмаралом» Константина Бескова. Мы проигрываем – 0:2. Наш тренер Валерий Овчинников орет и орет на игроков. Константин Иваныч подходит к нему и говорит: «Валера, ну чего ты кричишь? Они же у тебя играть не умеют». Тот аж на скамейку уселся, призадумался.

Какой смысл кричать на футболиста, если ты его не научил и он не знает, как правильно?

– За 15 лет тренерской карьеры (с 2007 года) «Динамо» – уже 14-й ваш клуб. Почему не удавалось поработать где-нибудь долго?

– А как у нас в российском футболе? Приходит в клуб новый тренер и штаб свой приводит. Дольше всего удалось поработать с Александром Тархановым в «Крыльях Советов» в высшей лиге – два года, четыре года с Константином Сарсанией.

В «Химки», например, меня пригласил тогдашний генеральный директор Тажудин Качукаев. У меня был контракт с клубом на три года, но меня позвали, можно сказать,  домой, в «Балтику», и я уезжал в Калининград уже в расчете остаться надолго. Поработал там какое-то время, пришел новый генеральный, новый тренерский штаб – и снова пришлось сниматься с места. Такая система. Хотя я не сторонник такой «беготни» с места на место.

Когда мне позвонили из махачкалинского «Динамо», для меня это было неожиданно, я на тот момент уже имел два приглашения. Решающим стало в первую очередь то, что президентом клуба является Гаджи Муслимович Гаджиев, а кроме того – что поставлена задача реформировать футбол в Дагестане и вывести «Динамо» на высший уровень российского футбола, чего хочет руководство республики. Я считаю, здесь для этого есть все условия, они позволяют не только приглашать мастеровитых игроков, но и качественно готовить своих ребят. Этот баланс может дать результат. И, думаю, даст. По крайней мере, мы, тренерский штаб «Динамо», верим в это и постараемся сделать всё, чтобы достичь этой цели.